Франсин Риверс - Веяние тихого ветра

стр. 185

16

Марк вошел в дом и с приятным удивлением обнаружил, что в доме очень тихо. Енох взял его красную накидку.
— Мать и отец отдыхают?
— Нет, мой господин. Они ушли прогуляться в парк.
— А госпожа Юлия?
— Она ушла с госпожой Октавией.
Марк нахмурился.
— А отец разрешил ей?
— Не знаю, мой господин.
Прищурив глаза, Марк посмотрел на него.
— Не знаешь? — сухо переспросил он. — Давай, давай, Енох, рассказывай. Тебе всегда известно все, что происходит в доме. Так спрашивала Юлия разрешения у отца, и если да, то куда она ушла с Октавией?
— Я действительно не знаю, мой господин.
Марк начинал терять терпение.
— Ее служанка ушла вместе с ней?
— Нет, мой господин. Хадасса сидит сейчас в перистиле.
— Ладно, поговорю с ней.
Увидев Хадассу, сидящую на мраморной скамье возле стены, Марк слегка улыбнулся. Интересно, что она делает, — слушает журчание фонтана или пение птиц? Хадасса выглядела несколько встревоженной, а ее руки были сложены на поясе. Марк посмотрел на нее внимательнее и понял, что она снова молится. Он не решался подойти к ней, боясь ей помешать.
Он сжал губы в гневе на самого себя. Что это с ним происходит? Хадасса всего лишь рабыня. Какое ему дело, помешает он ей молиться или делать еще что-нибудь? Ведь это его дом, а не ее. Собравшись с силами, Марк направился к ней. Увидев его, она встала. Когда она посмотрела на него, его неожиданно охватило какое-то странное чувство. Раздраженный, он сердито спросил: — Где моя сестра?
— Она ушла, мой господин.
— Куда? — потребовал он ответа и увидел, как она слегка нахмурилась. Он знал, о чем она думает. Она не хотела выдавать Юлию. Продолжая молчать, Хадасса наклонила голову. Видя ее верность Юлии, Марк потерял всякое желание сердиться на нее. — Я не сержусь на тебя. Просто я беспокоюсь за Юлию. Ей надлежит еще три месяца пребывать в трауре, и я не думаю, что отец разрешил ей оставить виллу вместе с Октавией. Я прав?
Хадасса в нерешительности закусила губу. Она не хотела лгать, но и оказаться непослушной Юлии ей тоже не хотелось. Вздохнув, она ответила:
— Она сказала, что пошла в храм Геры.
Марк рассмеялся.
— Октавию еще никто и никогда не видел в храме Геры. Она поклоняется Диане или другим богам, которые благословляют ее на разврат. — Произнося эти слова, Марк почувствовал, что лицемерит, потому что много раз в своей жизни делал то же самое. Его охватил гнев. Одно дело, когда это касается мужчин, и другое, когда это касается женщин. Тем более, его сестры.
— Так куда они ушли, Хадасса? Я знаю, что ты хочешь защитить ее, но в данном случае ты только потакаешь ее необдуманным, глупым поступкам. Октавия этим уже давно прославилась. Скажи мне, куда они ушли! Клянусь тебе, я найду Юлию и приведу ее домой, — говоря это, Марке вдруг подумал, зачем объясняет все это какой-то рабыне, зачем дает ей какие-то клятвы?
Она посмотрела на него.
— Они собирались за покупками, а потом на Марсово поле.
— Посмотреть на легионеров, — возмутившись, догадался Марк. — Это похоже на Октавию,

LIBMY.com © 2014-2018
Владимир Бабинский