Франсин Риверс - Дитя примирения

стр. 173

сполоснула руки, вытерла полотенцем и повесила его на вешалку. Снова донесся смех детей. Дина смеялась вместе с ними. Она была так молода и так красива, голубые глаза такие ясные и чистые, в них нет даже тени от перенесенных страданий! Синтия восхищалась этой девушкой.
«Интересно, как бы я чувствовала себя, если бы носила ребенка от человека, который меня изнасиловал? От мужчины, которого я даже не успела разглядеть?!»
Дина выглядела такой умиротворенной — и это же умиротворение она принесла Джеймсу!
Что же такое было в Дине Кэрри, что разрушило стену, которая долгие годы окружала ее мужа? Синтия была так же очарована этой девушкой, как и ее дети. Дина пришла к Джеймсу за помощью — и принесла ему искупление. Синтия всегда будет благодарна ей за это. Но почему же сейчас она чувствует себя такой одинокой?
Джеймс скоро будет дома. Синтия все думала о том, как прошла его сегодняшняя встреча с Элизабет Чемберс, и почему Джеймс решил, что простого телефонного звонка будет недостаточно.
— Дина, приглядишь за картошкой, пока я освежусь? Джеймс скоро придет домой.
Дина улыбнулась в ответ и закрыла книгу.
— Я накрою на стол!
— Да? Это будет чудесно! Вон в том шкафчике для фарфора есть несколько чистых скатертей. Сверчок, покажи Дине, где лежит хорошая посуда. Сегодня мы поставим на стол фарфор и хрустальные бокалы, а столовое серебро — в среднем ящике. Тодд выглянул из-за стены больницы, которую строил.
— Сегодня что — твой день рождения, Дина?
— Нет...
— Дина завтра уезжает домой, — сказала Синтия. Лучше детям узнать об этом раньше...
Они тут же запротестовали.
— Почему ты не можешь жить с нами, Дина? — спросила Сверчок.
— Мои мама и папа ждут меня дома, солнышко.
— Они могут тебя здесь навещать!
— Я уверена, что ее мама и папа так же скучают по ней, как я бы скучала по моим деткам, — сказала дочке Синтия. — А Дина будет приезжать к нам в гости, ведь правда?
— С удовольствием!
Синтия пошла по коридору в большую спальню, растерянная и подавленная, села у туалетного столика, распустила волосы и стала их расчесывать. Она пыталась понять, что же ее беспокоит. За последние три дня их с Джеймсом жизнь перевернулась. Синтия с удивлением понимала, что ее не волнуют внешние изменения, к которым приведет решение Джеймса. Ее тревожили перемены в собственном сердце. Что-то незнакомое подбиралось к ее привычному чувству безопасности, какое-то раздражающее предчувствие. И откуда-то вдруг появилось чувство вины...
— Привет, — раздался от двери голос Джеймса.
Синтия резко вскинула голову; вздохнула с облегчением, увидев мужа. При виде Джеймса ее сердце все еще начинало биться сильнее. Синтия встала, Джеймс обнял ее и поцеловал. Это не был обычный поцелуй-приветствие; он был исполнен желания. Она прижалась к мужу, наслаждаясь этим моментом. В течение последних нескольких лет он редко приходил домой в таком хорошем настроении. Через несколько долгих мгновений он отодвинулся от нее, нежно пригладил ей волосы.
— Я люблю тебя, — сказал

LIBMY.com © 2014-2018
Владимир Бабинский