Франсин Риверс - Дитя примирения

стр. 3

1

Холодным январским вечером случилось то, о чем нельзя было и подумать и тем более — простить.
Вечер для Дины Кэрри проходил как обычно, она подавала ужин обитателям Стэнтон Мэйнор хаус — дома престарелых для бывших работников городских служб Миддлтона. Работа ей нравилась, Дину часто можно было застать за оживленной беседой с пожилыми жильцами, которые спускались из своих крохотных квартирок в подвальный кафетерий для общей трапезы. Салли Вентворт была прекрасным поваром, и меню отличалось разнообразием. Единственной жалобой, которую слышала Дина за пять месяцев работы на этом месте, было то, что после еды выбрасывается чересчур много остатков. Большинство обитателей Мэйнора пережили годы экономической депрессии и не могли спокойно переносить, когда выбрасывали еду.
Отужинавшие старики разбрелись по своим квартиркам — все, кроме мистера Паккарда. Он приятно проводил время, неспешно потягивая из кружки свой кофе без кофеина.
— Твоя машина все еще в ремонте, Дина?
— Да, сэр. Они ждут, пока привезут нужную запчасть.
— Я думал, что ремонт должны были закончить еще вчера.
— Да, просто у них там какая-то задержка, — сказала Дина, пожимая плечами. Все это ее, в общем-то, не беспокоило.
— А твой молодой человек заедет за тобой сегодня? — спросил старик, наблюдая за тем, как Дина наполняет солонки. Она улыбнулась ему и перешла к следующему столику.
— Нет, мистер Паккард. Сегодня вечером он проводит библейское занятие.
— Тогда, может быть, Салли отвезет тебя домой?
— От остановки мне совсем недалеко идти.
— По меньшей мере милю, а такой симпатичной девушке совсем ни к чему так поздно ходить одной.
— Я всегда очень осторожна.
— В наши дни одной осторожности недостаточно. Я этим всем сыт по горло, газеты читать невозможно. Было время, когда можно было спокойно пройти по всему городу из конца в конец... — Он грустно покачал головой. — Теперь город такой большой, со всеми не перезнакомишься. Люди приезжают и уезжают, зачастую не знаешь даже, кто твои соседи. Может быть, Красная Шапочка, а может быть и Серый Волк. Дома растут, как грибы, безо всякого плана. Помню, когда я был мальчишкой, мы всех знали. Двери никогда не запирались — некого было бояться. Не понимаю, куда катится этот мир?! Я радуюсь, что моя жизнь близится к концу...
В детстве, я помню, мы любили сидеть на веранде и беседовать. Соседи проходили мимо, останавливались, мы их угощали лимонадом. Какие были времена! Теперь на все не хватает времени. Даже дома строят без веранд. Люди сидят в своих норах и смотрят телевизор, друг с другом почти не разговаривают...
Отвечая на боль одиночества, которая слышалась в его словах и голосе, Дина подошла поближе. Он не ныл — он горевал... Его жена скончалась четыре месяца назад. Семья провела с ним некоторое время после поминок, а потом опять разъехалась по Штатам. Двое его сыновей жили на Западном побережье — слишком далеко, чтобы часто навещать старого отца. Дочь жила в штате Индиана, она звонила ему каждое воскресенье.

LIBMY.com © 2014-2018
Владимир Бабинский